Все статьи

Афоризмы и максимы

То, что зовется обаянием, представляет собой смесь естественности и
кокетства, которая нас тревожит и одновременно успокаивает. Обаяние -
непринужденность чувств, так же как грация - непринужденность движений.

Неверно, будто мы любим женщину за то, что она говорит; мы любим то,
что она говорит, потому что любим ее.

Случается так, что дружба или любовь с самого начала берут слишком
высокую ноту. Это плохой признак. Счастье только там, где естественность.

Беседа счастливых супругов проста, безыскусна и приятна; так блюда,
приготовленные из обычных продуктов, порою нравятся нам больше самых
изысканных кушаний.

"Женщина не хочет, чтобы говорили об ее амурных делах, но хочет, чтобы все знали, что она любима."


"Искусство старения заключается в том, чтобы быть для молодых опорой, а не препятствием, учителем, а не соперником, понимающим, а не равнодушным."


"Люди труднее всего прощают нам то плохое, что они о нас сказали."


"Нет врага более жестокого, чем прежний друг."


"По словарю женщины можно легко догадаться, кто были ее любовники; так Кювье по нескольким обломкам костей воспроизводил облик вымерших животных."


"Разговор - это здание, которое строят совместными усилиями."


"Старость начинается в тот день, когда умирает отвага."


"Старость начинается тогда, когда умирает отвага."


"Старость не забывает своего нежного опыта и любит давать добрые советы, так как уже не может показывать дурных примеров."


"У богача есть сотрапезники и прихлебатели, у человека могущественного - придворные, у человека действия - товарищи, они же - и его друзья."


Источник: http://www.elibron.com/

Тем временем:

...
Еще один дом, на Этон-корт, типичный для Новой Англии домик,
двухэтажный с фасада и одноэтажный с тыла, шесть спален, четыре ванные,
лестничная площадка обшита панелями из сосны, и кровь растекается по стенам
кухни. Этот дом она продавала восемь раз за последние четыре года.
Новому хозяину она говорит:
-- Подождите минутку на линии, -- и жмет красную кнопку.
Сегодня Элен во всем белом: белый костюм и туфли. Только это не
ослепительно снежно-белый, а белый, как трасса для горнолыжного спуска на
канадском курорте Банфф, с личной машиной, с наемным шофером, четырнадцатью
стильными чемоданами, подобранными друг к другу, и номером в отеле
"Лейк-Луис".
Повернувшись к двери, наша героиня говорит:
-- Мона? Лунный луч? -- И чуть громче: -- Бесплотная дева?
Она стучит ручкой по сложенной вчетверо газете у себя на столе и
говорит:
-- Не знаешь: грызун из пяти букв, но не крыса?
Радиосканер булькает и издает слова, всхрюки и треск, повторяя: "Как
понял?" -- через каждую фразу. Повторяя: "Как понял?"
Элен Бойль кричит:
-- Это разве кофе?!
Через час она едет встречаться с клиентом -- показывать дом. Особняк в
стиле эпохи королевы Анны, пять спален, отдельный вход в гостевое крыло, два
газовых камина и лицо самоубийцы, обожравшегося барбитурата, которое
появляется поздно ночью в зеркале в дамской комнате. Потом -- одноэтажный
"фермерский" дом с паровым отоплением, большим подвалом и периодически
повторяющимся грохотом призрачных выстрелов -- отголосков двойного убийства
десятилетней давности. Все это записано у нее в ежедневнике -- толстой
тетради в переплете из материала, похожего на красную кожу. У нее там
записано все.
Она отпивает еще глоток кофе и говорит:
-- Как он называется? Швейцарский армейский мокко? Кофе должен быть по
вкусу похож на кофе или я чего-то не понимаю?
Мона встает в дверях, сложив руки на животе, и говорит:
-- Чего?
И Элен говорит:
-- Я хочу, чтобы ты съездила и проверила...

Чак Паланик (Charles Michael Palahniuk)
«Колыбельная»

Биография

Произведения

Статьи

Галерея

Цитаты

Обратная связь